Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
"Исповедь некроманта"
 
Неф неспешно переставлял ноги, сминая траву, которая,
впрочем, через несколько часов распрямится как ни в
чем ни бывало. Салладорец шел по Лесу, избегая
тропинок и ненужных сейчас встреч, без какой-либо цели
или направления. Это можно было бы назвать прогулкой,
но для такого светлого слова мысли мага казались
чересчур мрачными. Неф думал о том, когда же люди
наконец прекратят делить мир на Добрый и Злой и
соответственно расставлять кого бы то ни было по
разные стороны несуществующего барьера. Он не считал
себя праведником и тем более не выдвигал свою
кандидатуру на прижизненную канонизацию, но также и не
собирался именоваться враждебным всему сущему
элементом! Он резонно полагал, что святых не
существует, а те, что уже возведены в сей высокий
ранг, просто чего-то в своей жизни не успели. А еще он
думал, что жить в святости, в общем-то, никому не
возбраняется, но это, должно быть, скучно и
однообразно до безумия.
Сегодня на поляну вышел очередной поборник Света и
преисполненным пафоса голосом наладился вызывать на
честный поединок ?слуг Врага'. Неф в это время
беседовал с Венецией, эльфийской принцессой, и
лучницей, представительницей темных эльфов. Темные
претендовали на некоторую часть Лориена, светлая
эльфийка вежливо отказывала, мотивируя это возросшей
плотностью населения в связи с формированием множества
наполовину эльфийских семей. В конце концов решили
пойти на компромисс и с приложением некоторых
магических сил обеих сторон форсировать развитие
подлеска в восточной части эльфийских владений. Темные
удовлетворились подобным решением, светлые особо не
протестовали. Неизвестный же рыцарь, завидев
некроманта, выхватил меч и бросился к костру с криком:
?А, отродье мрака!'. Герой был на полпути перехвачен
Элвенбоу и Элфристом, которые отобрали у него меч,
выбросив оружие в кусты, и пинками погнали прочь, на
ходу разъясняя, как себя надлежит вести в Лесу и
почему нельзя кидаться с обнаженным клинком на
человека, разговаривающего с дамами. Честного поединка
не получилось.
Неф посмеялся вместе со всеми, но противный осадок
внутри остался: на душе было мерзко, говорить
совершенно расхотелось, и он отправился пройтись,
отклонив все предложения присоединиться.
Почему некромант воспринимается людьми как существо
исключительно скверного характера и с непременно
злостными замыслами? Он, кажется, не собирался резать
младенцев, варить крыс и змей, не коллекционировал
сушеные головы девственниц, не прыгал с пеной у рта
вокруг пентаграммы и даже банально не стремился
властвовать над миром. Он не мог похвастаться
идеальной биографией и совершенно чистыми от крови
руками, но к подобного рода деяниям его чаще всего
толкали обстоятельства и понятное любому идиоту
желание продлить свое земное существование. А этот
рыцарь, несмотря на всю его хваленую ?светлость',
наверняка довел до сырой земли немало пейзан, которые
были виноваты только в том, что плохая почва не дала
им возможности заплатить чудовищного размера налоги.
Впрочем, к бесам его, рыцаря. Дурак он. Хотя, с него
станется, соберет войско таких же охламонов и пойдет
искоренять вековечное Зло. Сюда, между прочим, пойдет.
Неф вздохнул. Само собой, не все руководствовались
лишь видом его некромантского плаща и прочей
атрибутики. Друзья видели за внешней шелухой человека,
с которым можно хорошо провести время, разбавляя его
приятной беседой и кружкой доброго эля, можно
посоветоваться; человека, которому можно доверить
собственную спину в жаркой схватке и чью спину хочется
прикрывать самому; человека, которому можно раскрыть
сокровенное, зная, что он не станет скабрезно
ухмыляться и трепаться об этом с первым встречным.
Даже со вторым не станет. Вообще не станет. В нем
видели человека, с которым можно просто напиться и
осоловелыми глазами считать в небе звезды, и еле
ворочающимся языком все-таки ворочать, причем
исключительно на философские темы, и нестройно петь на
весь Лес слезно-печальные песни, и приставать к
симпатичным ведьмочкам, и. В нем видели надежного
человека, на которого хотелось опереться, и это
налагало определенную ответственность. Некоторые
видели в нем брата, а некоторые - учителя, что опять
таки налагало ответственность. А кое-кто, кокетливо
облизывая полные губки, видел в нем возможного
спутника жизни со всеми вытекающими. Но большинство
старательно выискивало в нем врага и незамедлительно
лезло устанавливать справедливость.
Неф слабо улыбнулся самому себе. Откровенно говоря,
ему было плевать, что там считает это большинство, но
постоянные истеричные вопли и свист клинков разных
мастей вызывали бесконечную усталость. Противно-вязкую
усталость души, отчего хотелось перекинуться в волка и
истошно выть на луну до утра. Но он не умел
перекидываться, поэтому приходилось плестись по Лесу в
человеческом обличии и безуспешно бороться с лезущими
из всех щелей мыслями.
Глупо было бы надеяться, что его везде станут
встречать с распростертыми объятиями и носить на
руках. Глупо было бы думать, что он на это надеялся.
Глупо было бы считать, что сверкающие, алкающие крови
лезвия и полные ненависти глаза стали для него
неожиданностью. Скорее удивило бы их отсутствие. Его
учили, что если на слове ?маг' люди кривятся, то на
слове ?некромант' - хватаются за оружие. Его учили,
что чаще, гораздо чаще, чем открытые улыбки, доведется
видеть хмурые лица и изломанные неприязнью брови. И
все же робкое, подсознательное сомнение. развеялось в
первой же деревне, когда двери и ставни скрипуче
хлопали, недвусмысленно предлагая некроманту ночевать
под звездным небом. Собачий лай сообщал, что
желательно - вообще за околицей.
Следующую деревню он прошел, не останавливаясь, уперев
глаза в землю под ногами, как вдруг на окраине на
плечо легла крепкая ладонь.
- Негоже ночь в поле проводить, - дружелюбно и
грубовато пробасил чей-
то голос. Некромант поднял глаза. Из-под густых бровей
ему ответил внимательный и серьезный взгляд. -
Волшебник, что ли? Ну так волшебник тоже человек, а
брюхо набить да на лавке поваляться никому не во вред.
- Изрек сию крестьянскую мудрость и хлопнул Нефа по
плечу. - Пойдем в хату, жена ужин сготовит. Поедим,
покалякаем, глядишь, и ночку скоротаем. А то поспать
сможешь, коли охота.
Теперь салладорец со всей отчетливостью вспомнил ту
ночь и гостеприимного лесоруба, хотя прошло много.
слишком много лет. Мужик затащил его в хату, и они до
утра просидели за бочонком медовухи и размеренным, как
сам крестьянский уклад, разговором. Почему-то лесоруб
не морщился при слове ?волшебник' и не хватал свой
впечатляющий топор на слове ?некромант'. Маг до сего
дня помнил его серые умные глаза и волосатую пятерню,
коей тот иногда чесал в затылке, выдавая порой такое,
до чего не всякий мудрец додумался бы. Помнил
салладорец и пепелище, и могучий костяк с
обуглившимися кусочками мяса, и валявшееся рядом
навершье мощного топора, когда спустя два месяца он,
решив навестить Тиграна-дровосека, завернул в ту
деревеньку. Седое пепелище и кости, которые никто не
удосужился предать земле. А еще некромант раскопал
среди золы скелетик ребенка - жена успела родить
лесорубу сына.
Следующим утром жители деревни - те, кто участвовал в
нападении на дом дровосека, и те, кто поддерживал
облаву лишь мысленно, про себя, - не смогли подняться
с постелей. Им не хотелось есть, пить, спать, не
хотелось даже выйти по нужде, но они не могли
повернуть голову, пошевелить рукой, и однажды
открывшиеся глаза больше не закрывались. Остальные, -
их, впрочем, было немного - собрав пожитки, бежали в
лес. А некромант стоял над телом старосты и смотрел
ему в глаза. Глаза безумно метались и кричали:
?Пощади, маг! Пощади, у меня ведь семья! У меня дети,
внуки!.. Я хочу жить, маг!..'
- Не беспокойся, старик, ты будешь жить, - жестко
сказал салладорец. - И
семья твоя рядом. А пощады не проси - ее не будет. -
Некромант пошел к двери, остановился на пороге и тихо
произнес. - У него ведь тоже был сын, старик.
?За что?' - думал Неф, взметая сапогами тяжелую
утреннюю пыль. За что эти. эти. убили дровосека? За
то, что он пил с некромантом пиво и рассказывал о
жизни крестьянской? За то, что постелил магу на лавке
овчину, которой, очевидно, укрывался сам? Поспать,
впрочем, все равно довелось лишь пару часов да к тому
же спустя изрядное время после рассвета. За то, что не
побрезговал обществом чернокнижника и поделился
скудными запасами, которых едва хватало ему и жене? За
то, что по-человечески пожалел одинокого путника и
впустил его переночевать? За то, что, казалось, должен
был сделать любой на его месте. Как просто все-таки
обрести врагов! Всего-то и требуется, что быть чуточку
человечным.

Мощный удар сбил его с ног. Ну конечно, Арвид, кто же
еще! Неф, напрягшись, столкнул волка, вскочил и еле
успел пригнуться, когда слева из Леса вылетел
оборотень. Некромант отбросил мешавший посох и, умело
лавируя между соснами, помчался прочь.
- Лови его! - весело прорычал Арвид и припустил
следом.
- Шиш тебе, лохматый, - бросил через плечо Неф.
Улыбнулся, не
останавливаясь свернул направо и побежал быстрее. Лес
летел навстречу, заботливо убирая из-под ног корни и
приподнимая ветки. Маг чуть не рухнул в овражек, но
успел притормозить и вприпрыжку поскакал вдоль склона,
постепенно спускаясь вниз. Оглянулся. Волки кувырком
катились следом, поддерживая хорошую скорость
вращения. Хе-хе, голубчики! Салладорец бежал оврагом,
пока не нашел пологого подъема. Раз! - и он снова
петлял среди деревьев.
Рык заставил его поднять голову. Блэки. Все, сейчас
тут будет грандиозная свалка!..

Февраль 2002